Татьяна Бахтеева

Пандемия коронавируса оголила одну из главных проблем современной Украины. Речь идет о здравоохранении. Абсолютно всем украинцам известно, что сфера находится в плачевном состоянии. И с каждым годом ситуация ухудшается. Якобы бесплатная, а на самом деле далеко не каждому по карману медицинская помощь, изношенный фонд медучреждений, недостаток финансирования, изношенная медицинская аппаратура и отсутствие доступных лекарств … список можно продолжать бесконечно. Медицинская реформа, внедренная несколько лет назад, лишь усугубила и так не простое положение отечественной медицины. А эпидемия COVID-19 показала абсолютную несостоятельность МОЗ да и власти в целом противостоять и эффективно реагировать на надвигающиеся угрозы.

Медицинские сотрудники по всей Украине бьют тревогу, ведь они, как никто другой знают всю подноготную нашей системы здравоохранения. ИНФОРМАТОРу удалось пообщаться с специалистом в организации здравоохранения – Заслуженным врачем Украины, доктором медицинских наук, нардепом пяти созывов, председателем ВОО «Землячество-Родной Донбасс» Татьяной Бахтеевой.

Бахтеева –личность как в медицине, так и политике, достаточно известная. Более двадцати лет она отдала практической медицине и организации здравоохранения, получив поддержку своих земляков она успешно  вошла в большую политику с одной единственной целью – помогать людям.

-- Реклама --

О крахе медицинской реформы, современном состоянии сферы здравоохранения, вызовах коронавируса и помощи землякам говорим с Татьяной Дмитриевной Бахтеевой.

– Как Вы  как политик, как Заслуженный врач Украины, можете оценить состояние украинской медицины. Какие самые большие проблемы в системе здравоохранения на сегодняшний день?

– Спасибо за этот вопрос. Это действительно самый важный вопрос для украинцев, ведь в нашей стране 70% населения недовольны качеством оказания медицинской помощи. Конституция Украины гарантирует всем нам бесплатную, качественную и доступную медицинскую помощь, однако этого сегодня нет. Нам остались больницы с постсоветского пространства, с 1991 года по сегодня они не совершенствовались, они не реконструировались, в них не закупалось достаточное оборудование и это продолжалось годами. Медицина всегда финансировалась по остаточному принципу.

Есть рекомендации Всемирной организации здравоохранения, в которых странам рекомендуют финансировать медицину на 5 процентов от ВВП. За 30 лет независимости не было ни одного года, чтобы было заложено 5% от ВВП на медицину. Самый большой процент был 3,6% в 2012 году. Поэтому доступной и качественной медицины в Украине нет, этим все объясняется. Нет финансирования. Все страны Европы финансируют медицину на не менее 10%, не то, что пять. И у них есть медицина. Еще есть дополнительные источники финансирования этой отрасли – это обязательное государственное страхование, то есть еще плюс система здравоохранения получает дополнительный финансовый ресурс от работодателей, от застрахованных. От пенсионного фонда можно брать часть для пенсионеров. Для военнослужащих понятно это должно идти из Минобороны или тоже государства. Кто-то может самостоятельно платить в страховой фонд для того, чтобы получить улучшенную медицинскую помощь в лечебном учреждении или дополнительный пакет медицинских услуг.

В Украине работали медицинские программы, около 17-ти. Они приняты нашим государством и являются защищенной статьей финансирования. Но в 2015 году в нашу страну пришла Супрун. Медицинская реформа, внедренная ею, является чисто антинародной. Что такое реформа? Это изменения. И изменения должны быть в лучшую сторону. Что сегодня изменено в лучшую сторону, что я вижу, как врач? Ничего. Вы, как пациент? Ничего.

Вы должны прийти в больницу, вы должны получить ту достойную, правильную медицинскую помощь, которую вы сегодня не получите. Потому что все – платное.

И конечно же, медицина сегодня разбалансирована. Все финансирование приходит не вовремя. Медицинские закупки – это медикаменты, это расходные материалы, которые необходимы при инфаркте, это вакцины, – они все отданы в 2015 году на закупки международных организаций. И к ним есть много вопросов и претензий, и это не только мои претензии. Почему за деньги налогоплательщиков Украины, в том числе и мои деньги, на сегодня не поставлены медикаменты за 2018 год? Это очень серьезные программы – сердечно-сосудистые заболевания, онкология детская и взрослая, туберкулез, ВИЧ\СПИД инфекции, это вакцинирование, редкие орфанные заболевания. Почему до сих пор за 2018 год полностью не поставлены медикаменты? Ведь они предназначены для определенного количества наших больных, которые сегодня состоят на учете, которые идут в больницу и которые нуждаются и просят дать им эти медикаменты. А их не хватает, потому что данные организации пользуются нашими деньгами на счетах, которые, по-видимому, приносят им прибыль.

Реформа полностью уничтожила сельскую медицину, она полностью уничтожила фельдшерско-акушерские пункты, которые были построены в 2010-2011 гг., она полностью уничтожила успехи децентрализации. Почему сегодня все идет сверху вниз? Деньги должны быть в самом регионе, и он самостоятельно их распределять по медучреждениям.

Помимо того, что у нас есть Министерство здравоохранения, создаются новые органы. МОЗ – орган, который должен вести статистику, аналитику, писать протоколы лечения заболеваний, следить за современными методами, проводить научные пресс-конференции, обмен опытом, экспертную оценку. А у нас появилась Национальная служба здоровья – НСЗУ, которая на сегодня владеет нашими деньгами. То есть это дополнительный, вообще не нужный орган.

Мы анализировали, в какой стране мира была аналогичная реформа. Оказывается, она была в Великобритании и там быстро, через год, от нее полностью отказались. Почему у нас не отказываются с 2015-го года? Произошло резкое сокращение специализированных диспансеров: туберкулезных, психоневрологических, у нас произошло уничтожение санитарно-эпидемиологической службы.

Сегодня Виктор Ляшко, так называемый главный санитарный врач, сам себе начальник. Нет Санэпидемслужбы, которая должна иметь лаборатории, штаты, которые должны брать анализы, контролировать чистоту и нести ответственность за безопасность и продуктов питания, и экологии, и воды. Это масса вопросов, которыми сегодня никто не занимается.

– Татьяна Дмитриевна, вы обрисовали достаточно печальную картину. Есть ли шанс, так сказать, «откатить» эту систему назад? Или восстановить и перезапустить ее уже невозможно?

– Это нужно сделать, ее нужно полностью восстановить. Нужен правильный подход к реформированию. Что для этого нужно сделать – не переписывать законодательство, не везти сюда иностранцев, а собрать медицинскую общественность, которая у нас очень сильная, и спросить их. У нас есть те, кто были достойными министрами здравоохранения, у нас были достойные руководители тысячных и более коллективов.

– На этапе обсуждения реформы одним из основных месседжей ее лоббистов было поднятие зарплат медикам. Насколько нам известно, выплаты медперсоналу действительно выросли. Можно ли назвать это одним из немногих достижений реформы?

– В бюджете 2020 года были предусмотрены 65 миллиардов гривен на медицину. На эти деньги можно было повысить зарплаты всему отряду медицинских работников до уровня хотя бы среднего по бюджету. Потому что по тарифной сетке медики сегодня остаются самыми низкооплачиваемыми в нашей стране, у них сегодня нищенская заработная плата. Те медики – врачи и медицинские сестры, которые непосредственно работают в зоне больных коронавирусом – это и инфекционные больницы, и больницы, которые перепрофилировали, – да, они получают сегодня заработную плату в пределах 18-ти тысяч гривен. Но это временное явление, вопрос по сути не решен. И не только я об этом говорю, отвечая на ваш вопрос, а и министр здравоохранения Максим Степанов. Он просил повысить заработную плату медикам, чего, к сожалению, не произошло.

Всегда рядом с коллегами

– Есть ли проблема с массовым выездом профессиональных врачей из Украины, особенно после легализации соответствующего законодательства в Польше?

– Мы прекрасно понимаем, что если врач действительно профессионал, то он востребован здесь, он работает в частной клинике, у него хорошее современное оборудование, понятно, что у него будут пациенты, которые готовы оплачивать медицинские услуги.  Но для того, что бы стать таким специалистом, необходимо не менее 10-лет практики. Массово уезжают молодые специалисты-медики. Это трагедия.

– Татьяна Дмитриевна, вы много лет проработали в парламенте, кто по вашему мнению был лучшим министром здравоохранения в сравнении с другими за все года независимости Украины?

– Я всех министров здравоохранения знаю, с момента объявления независимости Украины, потому что работала врачом в Донецке, потом завотделением, заместителем главврача и была в 1996-м году назначена главным врачом трехтысячного коллектива Донецкой областной больницы. Я помню встречу со Спиженко Юрием Прокопьевичем. Это первый министр независимой Украины, на тот момент был очень сильным министром.

Очень глубоко уважаю и горжусь тем, что мне довелось работать с таким министром, как Сердюк Андрей Михайлович. Это академик Академии медицинских наук. Это очень сильный руководитель, мы познакомились, когда он приехал в нашу больницу. В Донецкой области часто происходили чрезвычайные случаи на шахтах. Это были взрывы, в результате одного из них погибли более ста человек и большое количество людей находились в разных больницах, в том числе и в больнице, которой я руководила. Были правительственные комиссии, в одну из которых вошел и Андрей Михайлович Сердюк, он приехал, когда я была главным врачом. Это была реанимация, смотрели больных: какие условия, какое лечение, кто в чем нуждается. Его все очень интересовало до малейших моментов, и потом мне посчастливилось с ним работать, когда он был уже президентом Академии медицинских наук, а я возглавляла Комитет по вопросам здравоохранения Верховной Рады.

Юрий Владимирович Поляченко – это доктор медицинских наук, у нас была очень конструктивная, налаженная работа. Хотя мы совсем немного поработали с ним в комитете, это было очень достойно.

Говоря о других главах МОЗ, они очень быстро менялись, некоторые из них были докторами медицинских наук. Но этого мало, нужно быть еще и руководителем, менеджером, чтобы быть министром здравоохранения. И поэтому о других говорить не буду.

Скажу о действующем министре Степанове. Он – доктор, он закончил Донецкий медицинский институт. Он сегодня работает в крайне тяжёлой ситуации. Ситуация тяжела тем, что есть часть людей в Верховной Раде, так называемые «грантоеды». Заметно, что они не дают ему работать так, как бы он хотел, как менеджер. До этого он был губернатором Одесской области, думаю, что как руководитель он достаточно силен. Но у него нет сегодня возможности работать самостоятельно. Потенциал есть, но нужно создавать возможности. Нет сильной команды, нужно создать команду, которой на данный момент у него нет. Ситуация с короновирусом лишь усугубляет картину. Он и финансированием по сути не владеет, все деньги находятся в «медзакупках».

– Татьяна Дмитриевна, почему, по вашему мнению, в Украине происходит такой бардак с закупкой вакцин от COVID-19?

– Это чистый бардак. Уже во всем мире закончилась или хотя бы стартовала вакцинация. Вакцину уже давно нужно было попросить, закупить из любой страны, взять и использовать. И отчитаться перед украинцами, что клинические испытания проведены, данная вакцина является безопасной. Что для меня главное? Чтобы любая вакцина, которая будет ввезена, закуплена или подарена, была безопасной. Потому что вакцинация – это самый надежный способ защиты от любого инфекционного заболевания, в том числе и от коронавируса. Но вакцина должна быть эффективной и качественной. Если будет много побочных явлений – то такая вакцина моей стране не нужна. Я говорю это, как врач.

– Теперь один из самых актуальных вопросов на сегодняшний день, вы будете вакцинироваться от коронавируса?

– Я об этом еще думаю. Окончательного решения я пока не приняла. Потому что я уже переболела коронавирусом и имею достаточное количество антител. И сегодня я слежу за тем, что говорят ученые со всего мира, а они пока не знают, какие побочные эффекты будут от вакцины, насколько они сильны и опасны. Если будет вакцина, и она будет эффективной и безопасной – это очень хорошо. А если она будет опасной – то лучше не вакцинироваться. Насколько хватит антител после вакцины и как будет проявляться эта болезнь никто тоже сегодня не знает. Кто не болел – понятно, что желательно сделать вакцину, но на сколько хватит ее действия ? Кто говорит дважды необходимо вакцинироваться, кто говорит, что один раз, кто говорит три месяца работают антитела, кто восемь. То есть окончательного решения науки в этом вопросе нет.

– Каковы ваши прогнозы? На какое время затянется эпидемия коронавируса?

– То, что это новый вид вируса – действительно так. Есть случаи, когда после тяжелой и средней формы фиксируют изменения в легких. Как врач, я такие изменения вижу впервые. Это напоминает туман в легких, и при чем процент этого тумана врачам очень трудно определить. Я видела заключение, в котором врач пишет – от 5 до 25%. То есть представьте, насколько невозможно четко определить. Это говорит о том, что с данным вирусом мы столкнулись впервые. Хотя при свином гриппе тоже были изменения атипичные для других пневмоний. Тогда я была председателем Комитета, и мы создали специальный штаб. В МОЗе мы разбирали каждый смертельный случай, смотрели снимки, анамнез, все это изучали. 25 человек было в этом штате, в том числе фтизиатры, пульмонологи, и конечно же инфекционисты и эпидемиологи, каждый высказывал свое мнение. Сегодня такого нет.

Если смотреть просто по статистике, то у нас было 15 тысяч новых заболевших в день, сегодня уже 3200, и это значительное уменьшение. Затем, больница которая сегодня имеет 250 коек чисто коронавирусных – там сегодня находятся на стационарном лечении 48 человек. А был период, это было в конце года, октябрь-ноябрь, когда там 265 пациентов было и приходилось больных даже на топчанах принимать. Количество больных уменьшается, то есть люди уже в основной массе получили коллективный иммунитет. Мы видим график снижения заболеваемости по Украине, очень большая надежда, что к лету этот вирус пройдет. Но будем ждать осенний период, чтобы осенью не было новой вспышки.

– Что посоветуете украинцам, которые хотят уберечь себя в такое время?

– Нужно всегда поддерживать свой иммунитет. Самое главное – это быть вне контакта с теми, кто болеет. Носить маски в общественных местах, обязательно если есть температура, сразу оставаться дома, быть изолированным от членов семьи, обильное питье.

Татьяна Бахтеева: Нужно поддерживать свой иммунитет и носить маски в общественных местах

– Ваша общественная организация одна из немногих, которая помогает переселенцам из Донбасса. Расскажите пожалуйста о ее работе и достижениях. Что привело вас к такого рода деятельности?

– В 2002 году я была избрана народным депутатом по мажоритарному округу города Донецка. На одном из партийных совещаний перед выборами один из руководителей сказал: я хочу, чтобы Татьяна Бахтеева баллотировалась по Калининскому и Ворошиловскому районам. Все бурно поаплодировали, я поняла, что это тот посыл, который я должна выполнить. Потому что до этого я уже была депутатом горсовета и работала в комитете по здравоохранению, я была по мажоритарке депутатом облсовета, и была первым заместителем комитета по здравоохранению Донецкой области. То есть данная работа мне была очень важна и очень интересна, потому что, когда ты депутат – ты можешь что-то изменить, оказать поддержку медицине, написать важные законопроекты, которые потом станут Законами, у меня их более 200.

Тогда также был ряд «непонятных» законов, которые я не хотела исполнять для своей больницы. Это закрытие онкоотделения и централизация в онкодиспансере. Но отделение в больнице было лучше, и медики были выше в профессиональном плане, и оно имело лучшую аппаратуру, чем в диспансере. Это отделение нужно было сохранить. Масса таких моментов, когда благодаря депутатской работе я помогала больнице и медикам в целом. Я поняла, что это напутствие, которое я обязана выполнить, и я стала баллотироваться, потому что медики нуждаются в постоянной защите.

Я тогда получила более 70 тысяч голосов. Мой оппонент, кстати, получил лишь 9 тысяч голосов. Михаил Михайлович Рябец, который возглавлял ЦИК в эти годы, при вручении удостоверения он произнес слова, которые я не забуду. Он сказал: Татьяна Бахтеева – победа с неприличным отрывом от соперника. И это стало для меня большим стимулом работать по своему мажоритарному округу, а я жила в этом округе, была прописана и люди прекрасно это знали. Знали мой адрес, и где меня найти.

2002 год Победа на выборах с неприличным отрывом, задача оправдать доверие избирателей

Мои соседи всегда знали, когда я прилечу из Киева. Только я прилетала в Донецк, уже возле моего подъезда стояла масса людей, очереди. Труба пробилась, света нет, тепла нет, тому-то помоги, это многодетная семья, и так далее. У меня была приемная, я ее арендовала в исполкоме. У меня было от 80-ти до ста приемов в день. Столько людей заходило, есть масса фотографий. Как к врачу ко мне было много вопросов про инсулин, мне нужно было отрегулировать получение бесплатного инсулина больными сахарным диабетом в государственную программу.

Депутат осуществила детскую мечту

Ко мне привели девочку, которой было пять лет, девочка впала в кому, мы ее еле-еле спасли, потому что ей не подошло то конкретное наименование инсулина. Не буду его называть, но поголовно покупали только одно наименование. Мне удалось выбегать и получить все виды инсулина в регион, которые были зарегистрированы в МОЗ. Все области Украины теперь пишут заявки в МОЗ о потребностях: какой инсулин и в каком количестве необходим. Это моя заслуга. А тогда была одна централизованная закупка и все регионы получали один инсулин, а он не всем подходит, это была фармонополия, и мы ее изменили.

На прием часто приходили детки. Пришла маленькая девочка, ей было 4 годика, мама ее занесла на ручках, у меня даже есть фотография с этой девочкой, она сейчас уже взрослая. Мама сказала, что ребенок с ДЦП, и она даже не держит ручкой ложку. Они спросили, можно ли что-то сделать и помочь, потому что маме ее приходится кормить. Я знала, что у нас в Трускавце есть необыкновенный центр Козявкина Владимира Ильича, который эффективно лечит детей с ДЦП. Я созвонилась с Владимиром Ильичом, объяснила ситуацию, он сказал – присылайте. Но мама не смогла оплатить всю сумму (центр работает на коммерческой основе, – ред.). Мы оплатили все расходы на поездку из фонда, он взялся лечить девочку частично бесплатно, она ровно 2 недели побыла в этом центре. И когда через некоторое время они снова пришли на прием, девочка в руках держала нарисованный своими руками рисунок. Мама сказала, что она не только ложку держит, она стала рисовать. Когда я это рассказываю, у меня мурашки по телу.

Позже я поехала к Владимиру Ильичу, это было в 2004-2005 гг. и говорю: это – фантастика. Он ответил, что у них много таких деток, с хорошим прогрессом. Я спросила, можно я буду вам деток, которые нуждаются в лечении присылать. Но все они будут бесплатные, не только из Донецка, со всей Украины. Он ответил, что для работы с такими пациентами ему необходимо частичное финансирование. И я добилась, что 10 миллионов гривен пошли на финансирование центра на лечение деток с ДЦП. И он тогда лечил детей бесплатно из Украины. Он герой Украины, очень талантливый доктор, великолепный человек с большой буквы. Это была для него поддержка. Получалось так, что в этом Центре Козявкина лечились дети из Германии, из Кувейта, из Ирана, из Польши, откуда угодно, но это были платные пациенты, а украинские дети до того момента, пока мы не добились финансирования в 10 млн гривен, нет. Я над этим работала. И детей стали лечить за счет государства. А потом, начиная с 2014 года, с центра сняли финансирование. Больные детки, которые сейчас не могут проходить лечение в центре, будут на совести властей, которые перечеркнули эти программы.

Мне в изобилии продолжают идти звонки, письма, люди постоянно обращаются за помощью. Кто-то знает, что я сегодня не депутат, кто-то – нет. Просьбы по детям, по лечению, в ОХМАТДЕТе много деток нужно было прооперировать.

Из-за войны полтора миллиона моих земляков, и я в том числе, являются переселенцами. Думаю, реальное количество больше, это только те, кто зарегистрировался. Эта война приводит к очень тяжелым последствиям. И конечно, я не могу остаться в стороне, когда привели ребенка, который подорвался на мине в Мариуполе в 2015 году. Он не имеет двух ножек, имеет только одну ручку, это Коля и он хочет заниматься плаванием, хочет стать параолимпийским чемпионом. И это приятно. Мы смогли помочь Коле, приобрели квартиру. Есть добрые люди!


Получившему инвалидность в следствии неосторожного обращения с боеприпасами ребенку из Мариуполя Николаю Нижниковскому подарена квартира в г.Бровары.

Девятого января 2020 года была создана общественная организация, «Землячество-Родной Донбасс». Она всеукраинская, зарегистрирована, мы получили свидетельство, есть устав, положение, правление, в которое вхожу я как председатель.

Татьяна Бахтеева – Голова ВОО «Землячество-Родной Донбасс»

Среди наших членов – известные в Украине и не только люди. Это, например, Герой Украины Ландик Валентин Иванович (украинский промышленник и политик, – ред.); Герой Украины Виктор Смирнов, пятикратный параолимпиец; Борис Исаевич Адамов (Доктор экономических наук, бывший заместитель председателя-руководителя аппарата Донецкой ОГА, – ред.) который всю жизнь проработал на организаторской хозяйственной работе; Анна Славская, которая ведет проект «Чужих детей не бывает», она тоже из Донбасса; Валерий Бондик (бывший первый заместитель Министра юстиции Украины, – ред.) – все из Донбасса.

Говоря о наших добрых делах, то детскому дому «Антошка» в Краматорске нам удалось в 2020 году на День Святого Николая подарить машину. Появились спонсоры, и машина была куплена и передана детскому дому.

Воспитанники детского дома «Антошка» рады подаренному ВГО «Землячество-Родной Донбасс» автомобилю

Помимо того, что мы помогаем детскому дому сирот «Антошка», в котором, хоть и помешал карантин, мы не одиножды были в 2020 году, мы стараемся, чтобы детки, которые там находятся без родительской опеки, обязательно нашли своих родителей. И это тоже получается. Это счастливые семьи, которые по многу лет живут без детей, и они усыновляют\удочеряют деток, затем они пишут нам письма, присылают фотографии, насколько они сегодня счастливы. И точно также моя работа была посвящена в Донецке детскому дому «Малютка», которому я смогла создать идеальные условия, и кабинеты медицинские, и машину, и комнаты, и буквально все, и ремонты сделать. Но еще обязательно, если это возможно, находить родителей. К слову, два миллиона супружеских пар в Украине стоят на официальном учете как такие, у кого нет детей. Это два миллиона бездетных, официально женатых, супружеских пар!

В Донецке был случай, когда пара сразу усыновила трех детей, родители которых погибли в автомобильной катастрофе и никого не было из близких, были старенькие дедушки-бабушки. Это был мальчик и две девочки-двойняшки. И эту семью усыновила одна из пар тогда еще, до войны, в Донецке. И я видела, как росли эти дети, как эти дети пошли в школу. Они очень счастливая семья, они все смеются, улыбаются, это же дети, радость, и чужих детей не бывает. Как говорят, родители – не те, кто родили, а те, кто воспитали. И это правда.

Такова наша деятельность, это – «Родной Донбасс». Это не значит, что мы объединяем только людей с Донбасса, мы объединяем людей со всех регионов Украины. Вся моя жизнь это Донбасс. Мы все ждем мира, и что бы немедленно прекратилась война, что бы Украина была сильной, и у нашей страны было будущее.

Донбасс нужен Украине, а Украине нужен Донбасс, поэтому он нам родной.

загрузка...

Поширюйте матеріал

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Цей сайт використовує Akismet для зменшення спаму. Дізнайтеся, як обробляються ваші дані коментарів.